Статья 398. Процессуальные права и обязанности иностранных лиц

1. Иностранные граждане, лица без гражданства, иностранные организации, международные организации (далее также в настоящем разделе — иностранные лица) имеют право обращаться в суды в Российской Федерации для защиты своих нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов.

2. Иностранные лица пользуются процессуальными правами и выполняют процессуальные обязанности наравне с российскими гражданами и организациями.

3. Производство по делам с участием иностранных лиц осуществляется в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

4. Правительством Российской Федерации могут быть установлены ответные ограничения в отношении иностранных лиц тех государств, в судах которых допускаются такие же ограничения процессуальных прав российских граждан и организаций.

Комментарий к Ст. 398 ГПК РФ

1. В ст. 398 содержится ряд новелл по сравнению со ст. 433 ГПК 1964 г.:

1) прямо подчеркнуто, что и международные организации вправе обращаться в суды РФ для защиты своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов;

2) установлено, что наряду с ГПК процессуальные права и процессуальные обязанности иностранных лиц регулируются также иными федеральными законами. Примерами могут служить, в частности, НК, КоАП, ТК, в которых содержатся нормы, посвященные процессуальным правам и обязанностям.

2. Применяя правила ч. 1 ст. 398, нужно иметь в виду, что:

а) иностранные граждане (упомянутые в ст. 398) — это физические лица, являющиеся гражданами:

какого-либо одного иностранного государства, в т.ч. ранее входившего в состав СССР;

двух и более иностранных государств;

б) упомянутые в ст. 398 иностранные граждане:

вправе обращаться в суды общей юрисдикции, так же как и граждане России (ст. 11 ГК РФ, ст. 3 ГПК). При этом отказ от права на обращение в суд недействителен (см. коммент. к ст. 3, 4, 6, 9 ГПК);

имеют такой же объем гражданской процессуальной правоспособности и дееспособности, что и граждане России (см. коммент. к ст. 36, 37 ГПК);

в) и в ст. 398 и во всех других нормах раздела V ГПК словосочетание «советский гражданин» или «советские граждане» заменены словосочетаниями «российский гражданин» или «российские граждане».

3. Кроме того, анализ правил ч. 1, 2 ст. 398 показывает, что:

а) иностранные организации (упомянутые в ст. 398) — это:

— иностранные ЮЛ, компании, другие корпоративные образования, обладающие гражданской правоспособностью и созданные по законодательству соответствующего иностранного государства;

— иностранные организации, не обладающие статусом ЮЛ, но также созданные по законодательству соответствующего государства;

— международные организации (например, МВФ, ЮНЕСКО);

— любые иные иностранные организации, в т.ч. представленные России филиалами или представительствами;

б) закон предоставляет право иностранным организациям обращаться в суды России в таком же порядке, как и российским организациям, при этом объем их правоспособности должен обеспечивать возможность защиты своих интересов, в т.ч. в судах общей юрисдикции (ст. 36 ГПК и коммент. к ней).

4. Специфика правил ч. 3, 4 ст. 398 состоит в том, что:

а) они допускают установление ответных ограничений для иностранных граждан и иностранных организаций только на федеральном уровне (либо в порядке, предусмотренном федеральными законами): дело в том, что в соответствии с Конституцией России гражданско-процессуальное законодательство находится в ведении Российской Федерации (подп. «о» ст. 71 ГПК).

Ограничения, ранее установленные Правительством СССР, сохраняют силу и в настоящее время, если они не отменены актами Правительства РФ. Последнее наделено правом устанавливать ответные ограничения в отношении иностранных граждан и организаций (ст. 21 Закона о Правительстве, ст. 110, 114 ГПК, Конституции РФ);

б) в соответствии с ними указанные ограничения:

— имеют именно ответный характер. Иначе говоря, необходимой предпосылкой введения Правительством РФ таких ограничений является то, что в соответствующем иностранном государстве введены определенные ограничения процессуальной право- и дееспособности в отношении организаций и граждан России;

— могут выражаться в ограничении как всего объема гражданско-процессуальной право- и дееспособности иностранных граждан и организаций, так и определенной части этих прав. В последнем случае Правительство РФ определяет, в отношении каких именно элементов гражданско-процессуальной право- и дееспособности вводятся ответные ограничения.

См. об ответных ограничениях подробнее: Гуев А.Н. Постатейный комментарий к части третьей ГК РФ. 2-е изд. М.: Экзамен, 2006.

5. Завершая комментарий к ст. 398, необходимо отметить, что в силу известных исторических обстоятельств для судов нашей страны особое значение имеет вопрос о гражданско-процессуальных правах граждан и организаций стран, входивших в состав СССР, и российских граждан и организаций в этих странах. Следует учесть, что в Минской конвенции государства — члены СНГ договорились о том, что:

1) граждане каждой из Договаривающихся Сторон, а также лица, проживающие на ее территории, пользуются на территориях всех других Договаривающихся Сторон в отношении своих личных и имущественных прав такой же правовой защитой, как и собственные граждане данной Договаривающейся Стороны.

Граждане каждой из Договаривающихся Сторон, а также другие лица, проживающие на ее территории, имеют право свободно и беспрепятственно обращаться в суды, прокуратуру и иные учреждения других Договаривающихся Сторон, к компетенции которых относятся гражданские, семейные и уголовные дела (далее — учреждения юстиции), могут выступать в них, подавать ходатайства, предъявлять иски и осуществлять иные процессуальные действия на тех же условиях, что и граждане данной Договаривающейся Стороны.

Положения указанной Конвенции применяются также к юридическим лицам, созданным в соответствии с законодательством Договаривающихся Сторон (ст. 1);

2) граждане каждой из Договаривающихся Сторон и лица, проживающие на ее территории, освобождаются от уплаты и возмещения судебных и нотариальных пошлин и издержек, а также пользуются бесплатной юридической помощью на тех же условиях, что и собственные граждане.

Льготы, указанные выше, распространяются на все процессуальные действия, осуществляемые по данному делу, включая исполнение решения (ст. 2);

3) дееспособность физического лица определяется законодательством Договаривающейся Стороны, гражданином которой является это лицо.

Дееспособность лица без гражданства определяется по праву страны, в которой он имеет постоянное место жительства.

Правоспособность юридического лица определяется законодательством государства, по законам которого оно было учреждено (ст. 23);

4) по делам о признании лица ограниченно дееспособным или недееспособным, за исключением случаев, предусмотренных ниже, компетентен суд Договаривающейся Стороны, гражданином которой является это лицо.

В случае если суду одной Договаривающейся Стороны станут известны основания признания ограниченно дееспособным или недееспособным проживающего на ее территории лица, являющегося гражданином другой Договаривающейся Стороны, он уведомит об этом суд Договаривающейся Стороны, гражданином которой является данное лицо.

Бесплатная юридическая консультация по телефонам:
8 (495) 899-04-17 (Москва и МО)
8 (812) 213-46-96 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 511-98-59 (Регионы РФ)

Если суд Договаривающейся Стороны, который был уведомлен об основаниях для признания ограниченно дееспособным или недееспособным, в течение трех месяцев не начнет дело или не сообщит свое мнение, дело о признании ограниченно дееспособным или недееспособным будет рассматривать суд той Договаривающейся Стороны, на территории которой этот гражданин имеет место жительства. Решение о признании лица ограниченно дееспособным или недееспособным направляется компетентному суду Договаривающейся Стороны, гражданином которой является это лицо (ст. 24);

5) по делам о признании лица безвестно отсутствующим или объявлении умершим и по делам об установлении факта смерти компетентны учреждения юстиции Договаривающейся Стороны, гражданином которой лицо было в то время, когда оно по последним данным было в живых, а в отношении других лиц — учреждения юстиции по последнему месту жительства лица.

Учреждения юстиции каждой из Договаривающихся Сторон могут признать гражданина другой Договаривающейся Стороны и иное лицо, проживавшее на ее территории, безвестно отсутствующим или умершим, а также установить факт его смерти по ходатайству проживающих на ее территории заинтересованных лиц, права и интересы которых основаны на законодательстве этой Договаривающейся Стороны.

При рассмотрении дел о признании безвестно отсутствующим или объявлении умершим и дел об установлении факта смерти учреждения юстиции Договаривающихся Сторон применяют законодательство своего государства (ст. 25).

6. Нужно также обратить внимание на ряд частных моментов:

а) лица без гражданства (упомянутые в ст. 398) — это:

лица, не принадлежащие к гражданам России и не имеющие доказательств принадлежности к гражданству другого государства (ст. 3 Закона о гражданстве);

лица, ранее состоявшие в гражданстве СССР, но не имеющие в настоящее время доказательств о принадлежности к гражданству любого иностранного государства (в т.ч. входившего в состав СССР), а также не являющегося гражданином России;

б) так же как и иностранные граждане, лица без гражданства имеют право обращаться в суды и пользуются гражданскими процессуальными правами наравне с гражданами России. При этом не играет роли, проживает лицо без гражданства в России или за ее пределами. См. также коммент. к ст. 399.

О праве лиц без гражданства обращаться в суд см. коммент. к ст. 3-6 ГПК (см. коммент. к ним).

О праве лиц без гражданства пользоваться родным языком (иным языком, которым оно владеет) в ходе судопроизводства по гражданскому делу см. коммент. к ст. 9 ГПК. О праве лица без гражданства прибегать к ведению дел через представителей см. коммент. ст. 48-54 ГПК.

Альтернативный комментарий к ст.398 ГПК

Раздел V настоящего Кодекса, именуемый «Производство по делам с участием иностранных лиц», отличается от тождественного по предмету регулирования раздела VI ГПК РСФСР 1964 г. своим содержанием и объемом. Этот раздел структурно усовершенствован, значительно расширен за счет включения новых нормативных положений и конкретизации ряда процессуальных категорий, ранее закрепленных правилами слишком общего характера. Особенно важно констатировать, что нормы нашего национального процессуального законодательства, устанавливающие специфические особенности отправления правосудия по гражданским делам, осложненным наличием каких-либо иностранных элементов, конструктивно закрепили предписания соответствующих международных договоров (конвенций, соглашений), действующих на российской территории.

Согласно ч. 3 ст. 62 Конституции РФ иностранные граждане и лица без гражданства в России пользуются правами и несут обязанности наравне с гражданами РФ, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации. Этот давно известный советскому, ныне российскому, государству принцип так называемого национального режима в полном объеме распространяется на область отправления правосудия. Он отождествляет процессуальный статус указанных физических лиц со статусом российских граждан применительно к судебной защите своих нарушенных или оспариваемых прав, свобод, законных интересов.

Закон «О гражданстве Российской Федерации» от 31 мая 2002 г. (заменил одноименный Закон от 28 ноября 1991 г.) формулирует довольно простые определения: «иностранный гражданин — лицо, не являющееся гражданином Российской Федерации и имеющее гражданство (подданство) иностранного государства»; «лицо без гражданства — лицо, не являющееся гражданином Российской Федерации и не имеющее доказательства наличия гражданства иностранного государства». Закон также регулирует вопросы, связанные с установлением гражданства несовершеннолетних и недееспособных (ст. ст. 9, 24 — 27), что надлежит учитывать, когда они выступают юридически заинтересованными участниками гражданских процессов.

Статья 433 ГПК РСФСР предоставляла «иностранным предприятиям и организациям» возможность обращаться к российским судам за защитой своих интересов, наделяла их необходимыми процессуальными полномочиями, но прямо не приравнивала к отечественным юридическим лицам. Правда, несовпадающие тексты первого и второго абзацев указанной статьи не порождали сколько-нибудь ощутимых последствий и влияния на правоприменительную практику не оказывали.

Однако формулировки норм законодательного акта, тем более когда они рассчитаны на регулирование конкретных аспектов международного частного права, должны быть корректно внутренне согласованными, чтобы устранить или максимально ослабить опасности их разнородного и иногда заранее непредсказуемого толкования. Следовательно, вполне оправдано осуществленное ч. 2 ст. 398 ГПК РФ уточнение, согласно которому процессуальный статус организаций иностранных и международных полностью приравнен к статусу организаций российских.

Тем самым национальный процессуальный режим распространен на все категории иностранных лиц. Это гармонично сочетается с закрепленными ч. 3 ст. 123 Конституции РФ началами состязательности и равноправия сторон. Некоторые нестандартные ситуации, а именно возможное применение реторсий (ч. 4 ст. 398 ГПК РФ) и учет действия разновидностей судебных иммунитетов (ст. 401 ГПК РФ), не исключены, но они строго локализованы, расширительному толкованию и применению не подлежат.

Российская Федерация неизменно поддерживает современную тенденцию предоставления иностранным лицам национального режима в сферах частного права и гражданского процесса при заключении соответствующих международных актов. Типичный пример — Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам между государствами — участниками СНГ от 22 января 1993 г., заключенная в г. Минске (далее — Минская конвенция 1993 г.). Конвенция гарантирует гражданам каждого государства-участника и лицам, проживающим на его территории, такую же защиту их личных и имущественных прав на территории другого участника, которой пользуются собственные граждане последнего. Эти субъекты могут свободно и беспрепятственно обращаться к компетентным судам любого государства-участника, предъявлять иски, заявлять ходатайства и совершать иные процессуальные действия на одинаковых для всех условиях. Особо отмечено, что положения данной Конвенции применяются к юридическим лицам, созданным в соответствии с законодательством Договаривающихся Сторон (п. 3 ст. 1).

Аналогичные нормы содержат двусторонние соглашения по тем же проблемам, заключенные еще Союзом ССР с Болгарией, Финляндией, Вьетнамом, Грецией, Алжиром, Тунисом, Кубой, Италией, Кипром и рядом других стран. Российская Федерация в качестве преемника Союза ССР признает такие договоры, причем некоторые из них, где участником значится СССР, уже после его распада ратифицированы РФ. К примеру, Договор между СССР и Королевством Испании о правовой помощи по гражданским делам от 26 октября 1990 г. ратифицирован Россией 30 июля 1996 г. и вступил в силу 22 июля 1997 г.

Отдельные из существовавших до 1991 г. международных актов аналогичного уровня заменены новыми. Так, Договором между Российской Федерацией и Республикой Польша (совершен в Варшаве 16 сентября 1996 г., ратифицирован 13 июля 2001 г., вступил в силу 18 января 2002 г.) аннулирован Договор между СССР и ПНР 1957 г.

Российская Федерация установила договорные отношения о правовой помощи со многими государствами, созданными на территории бывшего Союза ССР, а также с Арабской Республикой Египет, Республикой Индией, Аргентинской Республикой.

В каждом из подобного рода международных актов первые статьи обычно именуются «Правовая защита». Они воспроизводят, иногда с незначительными редакционными изменениями, почти стандартные формулировки по вопросам национального режима. Так, в п. 1 ст. 1 Договора с Испанией говорится: «Граждане одной Договаривающейся Стороны пользуются на территории другой Договаривающейся Стороны в отношении своих личных и имущественных прав такой же правовой защитой, как и граждане этой Договаривающейся Стороны. Граждане одной Договаривающейся Стороны имеют право свободно и беспрепятственно обращаться в суды… другой Договаривающейся Стороны, к компетенции которых относятся гражданские (включая торговые и семейные) дела, на тех же условиях, как и собственные граждане… Положения настоящего Договора применяются соответственно и к юридическим лицам, учрежденным на территории одной из Договаривающихся Сторон согласно законам, действующим на ее территории». Пункт 3 той же статьи уточняет: «В случае возникновения каких-либо сомнений при выполнении настоящего Договора в отношении гражданства того или иного лица каждая Договаривающаяся Сторона информирует другую Сторону по ее просьбе о том, имеет ли указанное лицо гражданство этой Стороны». Аналогичные договоры таких уточнений не содержат, но это мнимый пробел, он легко восполняется широко сформулированными положениями об объемах правовой помощи.

Традиционно используемые договорные формулы заслуживают определенных разъяснений. Их изолированное чисто грамматическое толкование способно привести к заключению о том, что иностранные лица наделены полномочиями обращаться в суды РФ за защитой своих интересов исключительно в качестве активных субъектов, а именно истцов или третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора.

Нелогичность подобной трактовки очевидна при ее сопоставлении с содержанием общей конструкции национального режима в области отправления правосудия, в том числе с нормами, составляющими раздел V настоящего Кодекса. Отсюда следует, что иностранным лицам приходится с учетом материально-правовых и процессуальных отличительных черт конкретных дел занимать в российском гражданском процессе положение ответчиков, третьих лиц без самостоятельных требований, заинтересованных лиц по делам, возникающим из публичных правоотношений, заявителей и заинтересованных лиц по делам особого производства (ст. ст. 38, 43, 247, 263 ГПК РФ). Такой вывод вытекает из ч. 2 ст. 398 ГПК РФ, согласно которой иностранные лица не только наделены процессуальными правами, но и несут процессуальные обязанности наравне с российскими гражданами и организациями.

Дополнительный комментарий к ст. 398 ГПК РФ

Некоторая условность наименования раздела V ГПК РФ состоит в том, что помещенные здесь нормы вовсе не устанавливают целостного «порядка» рассмотрения гражданских дел, где присутствует какой-либо иностранный элемент, с момента их возникновения и до завершения. Эти нормы фиксируют особенности производства по таким делам — определяют процессуальный статус иностранных субъектов, его допустимые ограничения, судебные иммунитеты, международную подсудность, процедуру реализации правоприменительных актов зарубежных органов на российской земле и т.д.

Но в целом деятельность судов и всех участников подобного рода гражданских дел согласно ч. 3 ст. 398 ГПК РФ подчинена национальным правилам гражданского процесса, которые предусмотрены настоящим Кодексом и иными федеральными законами. Следует также учитывать возможную корректировку отдельных форм внутреннего регламента положениями международных договоров Российской Федерации. Договорные процессуальные нормы рассчитаны именно на судебные производства, усложненные иностранными элементами различного содержания.

Однако участники материально-правовых отношений, когда одним из них выступает иностранное лицо, ни при заключении контрактов, ни каким-либо дополнительным соглашением после возникновения спора не вправе корректировать порядок производства, установленный российским процессуальным законодательством. Например, не будет признано действительным условие о взаимном отказе от обжалования решения суда первой инстанции. Это запрещение вытекает из ст. 3 ГПК РФ.

В ГПК имеет место принципиальное отличие от положений о широкой свободе контрагентов обязательств избирать подлежащее применению к их взаимоотношениям материальное право (ст. 1210 ГК РФ) или определять процедуру разбирательства конфликта третейским судом (ст. 19 Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже» от 7 июля 1993 г.). Объективной основой этого различия служит то, что наше национальное гражданское процессуальное право относится по своей природе к группе отраслей так называемого публичного, а не частного права.

Такая классификация, традиционная для многих зарубежных юридических систем, к настоящему времени воспринята юриспруденцией и даже получила законодательное закрепление. Подраздел III раздела II ГПК РФ озаглавлен «Производство по делам, возникающим из публичных правоотношений». Аналогично наименование раздела III АПК РФ. Естественно, что подобного рода правоотношения возникают и существуют под воздействием норм отраслей публичного права.

В современном мире, насыщенном политическими, экономическими, идеологическими, этническими и даже открытыми вооруженными конфликтами, одни государства используют по отношению к другим (и их населению) такие приемы давления, как блокады, эмбарго, моратории разных типов и интенсивности. Нельзя исходить из невероятности установления одним или группой государств каких-либо специальных ограничений в зарубежных странах в областях, связанных с отправлением правосудия, правовой помощью, взиманием предварительных пошлин и залогов, замораживанием исполнения российских судебных актов и т.п.

При возникновении подобных ситуаций ч. 4 ст. 398 ГПК РФ допускает введение адекватных процессуальных реторсий (ответных мер) по отношению к субъектам соответствующего государства или государств. Однако эти ограничения могут быть установлены только нормативным постановлением Правительства России, а не по усмотрению конкретных судей. Причем на иностранных лиц нельзя возлагать обязанности доказывания отсутствия в их странах какой-либо судебной дискриминации российских тяжущихся.

Реторсии в случаях их распространения на сферу правосудия неизбежно окажут воздействие на содержание, направленность, объем применения процессуальных норм, конкретизирующих принципы равноправия сторон, диспозитивности, состязательности, некоторых других. При этом окажутся ограниченными правомочия российских участников споров в зарубежных судах, а иностранных — в судах РФ. Последний вариант вступит в противоречие с такими началами российского судопроизводства, как состязательность и равноправие сторон, зафиксированных в ч. 3 ст. 123 Конституции России. Нелепо же, например, для формального сохранения равноправия распространять реторсии в том же объеме и на отечественных граждан и организации.

Для внутригосударственной практики логически корректный правовой выход надлежит искать в высшем нормативном акте страны. И такой выход обнаруживается. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты… прав и законных интересов других лиц». И еще: «Иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных законом или международным договором Российской Федерации» (ч. 3 ст. 62 Конституции РФ).

Судебная практика по ст. 398 ГПК РФ

Обзор судебной практики Верховного Суда РФ «Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2006 года»

В соответствии с ч. 2 ст. 398 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации иностранные лица пользуются процессуальными правами и выполняют процессуальные обязанности наравне с российскими гражданами и организациями.

Согласно абзацу четвертому ст. 220 ГПК РФ суд прекращает производство по делу в случае, если истец отказался от иска и отказ принят судом. Суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц (ч. 2 ст. 39 ГПК РФ).

В силу ст. 221 ГПК РФ производство по делу прекращается определением суда, в котором указывается, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается.

Из материалов дела видно, что заявители обратились в суд с письменным обращением не рассматривать их заявление об усыновлении Л., 6 апреля 1999 г. рождения, и уведомили, что они обратились в ФБР с просьбой исправить ошибку в документах одного из супругов. Как только они смогут собрать необходимые документы, планируют снова обратиться в суд.

Прекращая производство по делу, суд исходил из того, что указанное письменное обращение означает отказ супругов К. и К. от заявления об усыновлении, такой отказ не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц. Однако данный вывод суда нельзя признать законным и подтвержденным материалами дела.

Определение Верховного Суда РФ N 80-КГ13-10

Обстоятельства: Определением во временном взыскании алиментов отказано, производство по гражданскому делу приостановлено, так как ответчик о времени и месте слушания гражданского дела не извещен.

Решение: Определение отменено, дело направлено на новое рассмотрение, поскольку судами не учтено, что временное взыскание алиментов на несовершеннолетних детей до вынесения судом решения по делу допускается в любое время после принятия судом к производству заявления о взыскании алиментов, если имеются основания полагать, что ответчик не выполняет обязанность по содержанию детей.

В силу ч. ч. 2 и 3 ст. 398 ГПК РФ иностранные лица пользуются процессуальными правами и выполняют процессуальные обязанности наравне с российскими гражданами и организациями; производство по делам с участием иностранных лиц осуществляется в соответствии с данным Кодексом и иными федеральными законами.