Статья 400. Процессуальная правоспособность иностранной организации и международной организации

1. Личным законом иностранной организации считается право страны, в которой организация учреждена. На основе личного закона иностранной организации определяется ее процессуальная правоспособность.

2. Иностранная организация, не обладающая в соответствии с личным законом процессуальной правоспособностью, может быть на территории Российской Федерации признана правоспособной в соответствии с российским правом.

3. Процессуальная правоспособность международной организации устанавливается на основе международного договора, в соответствии с которым она создана, ее учредительных документов или соглашения с компетентным органом Российской Федерации.

Комментарий к Ст. 400 ГПК РФ

1. В комментируемой статье содержится ряд новелл (дело в том, что в ГПК 1964 г. не было статьи, специально посвященной установлению личного закона ЮЛ). Ст. 400 исходит из того, что:

1) процессуальная правоспособность иностранных ЮЛ определяется на основе его личного закона;

2) процессуальной правоспособностью обладают и иностранные организации, не являющиеся юридическими лицами;

3) даже в случаях, если иностранная организация не обладает процессуальной правоспособностью по своему личному закону, она на территории РФ может быть признана обладающей правоспособностью в соответствии с российским правом;

4) процессуальная правоспособность международной организации должна быть установлена на основе не личного закона, а:

а) международного договора, в соответствии с которым эта организация (например, ЮНЕСКО, Интерпол и т.п.) создана;

б) учредительных документов организации (например, устава, учредительного договора);

в) соглашения с компетентным органом Российской Федерации.

2. Личным законом иностранной организации (на основании которого определяется ее процессуальная правоспособность) является право той страны, где она учреждена. На основании личного закона иностранной организации определяются следующие (относящиеся к характеристике тех или иных сторон ее процессуальной правоспособности) обстоятельства:

1) статус организации. Нужно учесть, что:

а) в случаях, когда применению подлежит российское право (например, с учетом правил ч. 4 ст. 398, ч. 2 ст. 400), то:

— в соответствии со ст. 48, 52 ГК в учредительных документах организации должно быть четко указано, что она является ЮЛ;

— некоторые федеральные законы (например, Закон о профсоюзах, Закон об объединениях) допускают наличие организаций, не обладающих статусом ЮЛ. Однако в гражданско-правовых отношениях могут участвовать лишь физические и юридические лица (ст. 1, 153 ГК);

— филиалы, представительства организаций не обладают статусом ЮЛ (ст. 55 ГК);

— ЮЛ подлежат государственной регистрации в соответствии с Законом о регистрации ЮЛ и ст. 51 ГК;

б) в случаях, когда применению подлежит иностранное право, то:

их статус как ЮЛ необходимо определять исходя из законодательства страны, где они имеют место нахождения, а если это место не совпадает со страной, где ЮЛ было учреждено, то исходя из законодательства последней;

в ряде стран статусом ЮЛ обладают не только сами организации, но и их филиалы, представительства, а также иные обособленные подразделения (отделения, бюро, конторы, агентства и т.п.);

законодательство некоторых стран допускает участие в гражданско-правовых отношениях организаций, не обладающих статусом ЮЛ.

В любом случае статус организации должен быть подтвержден (например, представлением свидетельства о государственной регистрации, которое выдается ЮЛ выпиской из торгового реестра);

2) организационно-правовая форма ЮЛ. При этом:

а) если речь идет об иностранных ЮЛ, то последние делятся на коммерческие и некоммерческие организации;

б) обычно коммерческие организации имеют следующие организационно-правовые формы:

— хозяйственные общества (т.е. ООО, ОДО, ЗАО, ОАО, дочерние и зависимые общества);

— производственные кооперативы;

— хозяйственные товарищества (т.е. полные и коммандитные товарищества, смешанные товарищества и др.);

— унитарные предприятия (речь идет о частных, государственных и муниципальных унитарных предприятиях, а также дочерних предприятиях, иных предприятиях, право собственности на имущество которых принадлежит учредителям);

в) чаще всего некоммерческие организации могут иметь следующие организационно-правовые формы:

— потребительские кооперативы;

— общественные и религиозные объединения;

— фонды (в т.ч. благотворительные);

— учреждения (например, научные, медицинские, образовательные);

— ассоциации, союзы.

Нужно учесть, что законодательство иностранных государств и правовая доктрина допускают создание некоммерческих организаций и в других организационно-правовых формах (например, некоммерческие партнерства, автономные ассоциации);

г) хотя иностранные коммерческие организации (как отмечалось выше) в основном создаются в формах хозяйственных товариществ, обществ, производственных кооперативов, унитарных предприятий, все же законодательство некоторых зарубежных стран допускает и создание корпораций, личных компаний, трестов и т.п. корпоративных образований, обладающих статусом ЮЛ. Международные организации обычно создаются в формах объединений, ассоциаций, союзов;

3) требования к наименованию ЮЛ. Они различны в разных странах. По общему правилу:

а) ЮЛ должны иметь наименование, содержащее указание на организационно-правовую форму ЮЛ;

б) ЮЛ — коммерческие организации имеют фирменное наименование;

в) наименования некоммерческих организаций, унитарных предприятий, а также некоторых других организаций должны содержать указание на характер деятельности ЮЛ;

г) наименование ЮЛ должно быть указано в учредительных документах ЮЛ;

д) фирменные наименования ЮЛ должны быть зарегистрированы в установленном порядке;

4) вопросы создания, реорганизации, ликвидации ЮЛ, в т.ч. вопросы правопреемства.

При этом в большинстве иностранных государств установлено, что правопреемство допускается только при реорганизации ЮЛ. Что же касается законодательства отдельных зарубежных стран, то в некоторых из них допускается правопреемство и после ликвидации ЮЛ. Различают полное, ограниченное, условное, отсроченное правопреемство и т.п. В связи с этим необходим тщательный анализ законодательства государства, которое является личным законом для данного ЮЛ;

5) содержание правоспособности ЮЛ. При этом нужно учесть, что: а) по общему праву ЮЛ — коммерческие организации, как правило, обладают т.н. универсальной правоспособностью: они вправе совершать любые сделки, кроме прямо запрещенных законом.

В соответствии с законодательством большинства стран некоммерческие организации, а также частные или государственные унитарные предприятия и муниципальные унитарные предприятия имеют т.н. специальную правоспособность (т.е. они вправе совершать лишь сделки, которые не противоречат не только закону, но и целям, задачам ЮЛ, указанным в их учредительных документах).

По законодательству некоторых зарубежных стран некоммерческие организации имеют универсальную правоспособность.

В практике возник вопрос: как определяется право, применимое к лицензированию деятельности ЮЛ? То же на основе личного закона ЮЛ;

6) порядок приобретения ЮЛ гражданских прав и принятия на себя обязательств. Обычно эти вопросы регулируются (согласно нормам личного закона ЮЛ) учредительными документами (например, в разделах, посвященных полномочиям постоянно действующих органов ЮЛ);

7) внутренние отношения, в т.ч. ЮЛ и его участников. При этом нужно учесть, что если речь идет о:

а) коммерческих организациях, то обычно их участники сохраняют (имеют) обязательственные права. К таким ЮЛ, например, относятся хозяйственные товарищества и общества, а также кооперативы. Однако есть и ЮЛ, в отношении имущества которых их учредители не имеют права собственности или иного вещного права. Например, к ним относятся государственные унитарные предприятия, муниципальные унитарные предприятия, финансируемая собственником корпорация и т.п.;

б) некоммерческих организациях, то чаще всего учредители не имеют в отношении их имущественных прав (за исключением учреждений, финансируемых собственником, ряда других некоммерческих организаций, собственником имущества которых остаются их учредители). При этом нужно руководствоваться положениями учредительных документов ЮЛ (посвященных, например, порядку объявления дивидендов, выплаты прибылей, приходящихся на акции, доли, паи) и нормами права соответствующего иностранного государства;

Бесплатная юридическая консультация по телефонам:
8 (495) 899-04-17 (Москва и МО)
8 (812) 213-46-96 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 511-98-59 (Регионы РФ)

в) международных организациях, то нужно руководствоваться не только соглашениями, уставами, договорами и т.п. учредительными документами ЮЛ, но (в ряде стран, например, применяющих англосаксонскую систему права) и судебными, административными и т.п. прецедентами как источниками права;

8) способность ЮЛ отвечать по своим обязательствам. При этом различают правовые системы:

а) исходящие из того, что ЮЛ отвечает по своим обязательствам всем своим имуществом;

б) допускающие ограниченную ответственность ЮЛ;

в) допускающие повышенную ответственность ЮЛ по своим обязательствам.

Следует также учесть, что выше неисчерпывающим образом изложены вопросы, которые регулируются личным законом ЮЛ: могут иметь место и иные отношения (например, вопросы, связанные с процедурой принятия решений органами ЮЛ, вопросы о формировании уставного (складочного) капитала) ЮЛ.

В практике возник ряд вопросов, связанных с применением ст. 400:

— какое право является личным законом ЮЛ, созданных с участием российских и иностранных граждан и организаций (инвесторов, учредителей)? В данном случае необходимо руководствоваться общими правилами ч. 1 ст. 400. А они исходят из того, что личным законом (т.е. подлежащим применению правом) и таких ЮЛ является право страны, где они учреждены. Так, если совместное российско-британское АО создано в Российской Федерации, то личным законом этого ЮЛ является российское право;

— какое право признается личным законом ЮЛ, если оно учреждено в Чехии, а местом нахождения его постоянно действующих органов является г. Москва и оно осуществляет свою деятельность исключительно на территории Российской Федерации? Личным законом такого ЮЛ остается право Чехии. Однако в отношении вещных прав, договоров, заключаемых таким ЮЛ, необходимо руководствоваться правилами ст. 1205-1218 ГК (см. их анализ в кн.: Гуев А.Н. Постатейный комментарий к части третьей ГК РФ. 2-е изд. М.: Экзамен, 2006).

3. Все чаще в практике встречаются случаи, когда необходимо установить закон, применяемый к гражданской процессуальной правоспособности иностранных организаций, не обладающих статусом ЮЛ. И хотя ст. 400 прямо не регулирует этот вопрос, все же систематическое толкование ст. 400 ГПК и ст. 1203 ГК позволяет сделать ряд выводов:

1) в ст. 400 словосочетанием «иностранная организация» обозначаются как иностранные ЮЛ, так и иностранные организации, не обладающие статусом ЮЛ;

2) в ст. 400 речь идет также не только об иностранных организациях в целом, но также и об их обособленных подразделениях (например, отделениях, филиалах, представительствах). При этом и последние не обладают статусом ЮЛ (этот статус имеет лишь организация в целом);

3) личным законом иностранной организации, не являющейся ЮЛ, является право той страны, в которой такая организация создана. Ее статус должен быть подтвержден надлежащим образом (например, выпиской из торгового реестра, учредительными документами). Это означает, что, например, российские граждане, совершая сделку с такой организацией за пределами Российской Федерации, действуют правомерно;

4) даже если международная организация (не обладающая статусом ЮЛ) образована представителями нескольких стран, личным законом такой организации будет считаться право той страны, где она фактически будет учреждена (т.е. зарегистрирована или иным образом легализована в этой стране).

4. Характеризуя процессуальную правоспособность таких иностранных организаций, нужно также учесть, что:

1) в случаях, когда применимым является российское право:

а) к деятельности иностранной организации, не обладающей статусом ЮЛ, применяется российское право ГК (например, о совершении сделок, о заключении договоров, об имущественной ответственности), которые регулируют деятельность ЮЛ. Таким образом, в ст. 400 ГПК и в ст. 1203 ГК имеем изъятие из общей нормы ст. 153 ГК (о том, что сделки совершают только физические лица и ЮЛ);

б) из этого общего правила могут быть исключения, но лишь постольку, поскольку:

— это предусмотрено нормами федерального закона либо иных нормативных правовых актов (например, постановлений Правительства РФ);

— иное вытекает из существа отношения (в котором участвует иностранная организация, не являющаяся ЮЛ);

2) в случаях, когда применимым является иностранное право, необходимо руководствоваться нормами последнего. Это означает, в частности, что:

— организации, не являющиеся ЮЛ, участвуют в гражданско-правовых и процессуальных отношениях с учетом ограничений, предусмотренных нормами права соответствующей страны;

— согласно законодательству ряда стран такие организации участвуют в гражданско-правовых и процессуальных отношениях как физические лица.

5. Гражданская процессуальная правоспособность иностранных организаций реализуется через их органы или через представителей этих организаций. При этом следует иметь в виду, что:

а) органы иностранного ЮЛ (упомянутые выше) — это созданные в соответствии с его учредительными документами управленческие структуры, призванные, помимо прочего, представлять иностранное ЮЛ в его взаимоотношениях с третьими лицами, в т.ч. иностранными, как в России, так и за рубежом. Чаще всего это исполнительные органы (генеральный директор, президент корпорации, председатель правления и т.п.), ибо другие органы управления (такие, как органы, принимающие стратегические решения, например, общее собрание акционеров, или контрольные органы, например, ревизионная комиссия) весьма редко представляют его в суде при совершении сделок, вообще во взаимоотношениях с третьими лицами;

б) представитель иностранного ЮЛ — это любое физическое или ЮЛ (в т.ч. и российские граждане, и организации), представляющее его интересы во взаимоотношениях с третьими лицами на основании:

— трудового договора;

— доверенности, выданной в установленном порядке (ст. 185-189 ГК);

— договора коммерческого представительства (ст. 182-184 ГК);

— договора поручения (ст. 971-979 ГК);

— договора комиссии (ст. 990-1004 ГК);

— агентского договора (ст. 1005-1011 ГК);

— иных договоров, предусмотренных законодательством. Доверенности, договоры, составленные за рубежом, должны быть легализованы в РФ (см. об этом коммент. к ст. 416 ГК).

в) ссылка ЮЛ на то, что полномочия его органов, представителей на совершение сделки ограничены на представительство в суде (скажем, законами страны, где оно учреждено), недопустима, за исключением двух случаев:

— такие ограничения полномочий известны закону страны места совершения сделки (либо места рассмотрения дела);

— о таких ограничениях полномочий знали (должны были знать) суд либо другая сторона сделки и это доказано в установленном порядке. При этом бремя доказывания ложится на само ЮЛ, а другая сторона считается действующей разумно и добросовестно.

6. Завершая анализ ст. 400, нужно обратить внимание на ряд частных моментов, имеющих значение для правильного разрешения вопроса о гражданской процессуальной правоспособности иностранных организаций:

1) Президиум ВАС РФ указал, что юридический статус иностранного ЮЛ подтверждается выпиской из торгового реестра страны происхождения или иного эквивалентного доказательства юридического статуса иностранного ЮЛ в соответствии с законодательством страны его места нахождения или постоянного местожительства, гражданства. Юридический статус иностранного ЮЛ подтверждается документами, выданными компетентными органами страны места нахождения. И хотя разъяснение адресовано арбитражным судом, его могут в своей практике использовать и суды общей юрисдикции;

2) в ст. 2 Закона об иностранных инвестициях установлено, что иностранными инвесторами на территории Российской Федерации признаются не только иностранные ЮЛ и граждане, но и организации, не являющиеся ЮЛ, правоспособность (в т.ч. процессуальная) которых определяется в соответствии с законодательством государства, в котором они учреждены, и которые вправе в соответствии с законодательством указанного государства осуществлять инвестиции на территории Российской Федерации;

3) вне зависимости от того, является ли иностранная организация ЮЛ или нет, является ли личным законом такой организации право страны, где она учреждена, упомянутая организация исполняет обязанности по уплате налогов и сборов (в т.ч. при уплате госпошлины, упомянутой в ст. 88-93) по российскому налоговому законодательству, если иное не предусмотрено международными договорами РФ;

4) если ЮЛ создано (учреждено) в Российской Федерации:

— иностранным гражданином (как имеющим место жительства в Российской Федерации, так и проживающим за ее пределами), личным законом такого ЮЛ считается российское право. Аналогично решается вопрос и в случаях, когда учредителем ЮЛ выступает лицо без гражданства (в т.ч. проживающее за пределами Российской Федерации), а также беженец (в т.ч. и в случаях, когда убежище ему предоставила другая страна);

— иностранным государством, то и в этом случае личным законом ЮЛ является российское право.

Альтернативный комментарий к ст.400 ГПК

Статья 400 ГПК РФ в действующей редакции развивает положения статьи 398 ГПК РФ в части определения процессуальной правоспособности.

При возникновении гражданского дела, где одна из сторон — иностранное лицо, перед судом возникают некоторые дополнительные, иногда довольно сложные вопросы, требующие для своего разрешения учета зарубежного законодательства и практики. К их числу нужно отнести установление юридического и соответственно процессуального статуса заинтересованного участника дела, когда таким участником выступает не отдельный гражданин.

Национальные законодательства государств, международные конвенции, договоры, соглашения, иные акты с давних пор привычно оперируют понятием «юридические лица», относя к их числу зарегистрированные в установленном порядке организации, действующие самостоятельно и под фирменным наименованием в определенной сфере хозяйственной жизни. Для иллюстрации использования такой терминологии можно сослаться на ст. ст. 1 и 23 Минской конвенции 1993 г., ст. ст. 1 и 19 Договора о правовой помощи между РФ и Польшей, ст. ст. 1 и 22 аналогичного договора между РФ и Исламской Республикой Иран.

Юридические лица нередко становятся субъектами споров, и вполне естественно, что любой суд должен располагать убедительными документальными доказательствами их реального положения. В этом плане для российских судов неплохим ориентиром могут служить предписания Закона РФ от 9 июля 1999 г. «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации», где п. 2 ст. 20 требует для государственной регистрации коммерческой организации с иностранными инвестициями представления устава такой организации и в предусмотренных законом случаях учредительного договора, а также выписки из торгового реестра государства, в котором учрежден иностранный инвестор, или иного документа, подтверждающего его юридический статус. Однако в сложных случаях или при возникновении обоснованных сомнений (несовпадение адресов, реорганизации разных фирм, решительные возражения другой стороны и т.п.) суд может потребовать дополнительные материалы, включая протоколы собраний акционеров, акты аудиторских проверок, информацию о банкротствах.

Личным законом юридического лица считается право страны, где оно учреждено. Аналогичный критерий применим к определению право- и дееспособности российских коммерческих и некоммерческих субъектов. В конкретных ситуациях при необходимости нашим судам приходится на основании личного закона иностранного юридического лица выяснять его статус, организационно-правовую форму, соблюдение требований к наименованию, условий реорганизации, ликвидации и правопреемства, содержание правосубъектности, внутренние отношения и т.п.

Но материально-правовые контакты многообразны, их участниками могут быть различным образом возникшие объединения, не отвечающие полностью качествам юридического лица и тем не менее признаваемые в жизни вполне приемлемыми партнерами. Виды таких объединений известны одним странам и неведомы другим. И внешнее сходство наименований не свидетельствует о наличии или тождестве правосубъектности. Эти нюансы нельзя не учитывать российской судебной практике, чтобы не выглядеть архаичной и тем более оставляющей без защиты своих граждан. Есть два варианта.

Возможны случаи, когда в России группа лиц, действующих совместно для достижения определенных целей, не наделяется самостоятельной право- и дееспособностью, например, открытое или негласное простое товарищество. Однако, если однотипная группа в каком-либо иностранном государстве такие способности имеет, она при ведении дела в российском суде будет обладать обычным процессуальным статусом, поскольку здесь применим личный закон участника конфликта (ч. 1 ст. 400 ГПК).

Не исключается и другой вариант. Так, по законодательству России полные и коммандитные товарищества — это юридические лица с безусловной процессуальной правосубъектностью. Напротив, страны, где доминируют положения общего права (прежде всего Англия, немало штатов США), вообще или частично не считают товарищества юридическими лицами, хотя нередко не запрещают им, действуя под фирменными наименованиями, заключать сделки и предъявлять иски в своих судах. Другой пример. На территории США вполне легально ведут бизнес и судебные процессы организации, не зарегистрированные или пока еще не зарегистрированные официально как полноценные юридические лица обычно из-за недовыполнения отдельных процедурных условий легализации.

Догматическое и тем более недоброжелательное толкование ГПК в прежней редакции формально позволяло заключить, что в российском судопроизводстве истцами, ответчиками, третьими лицами дозволено выступать только структурам со стерильной чистотой качества юридических лиц. Это привело бы к крайне невыгодным для наших граждан результатам, вплоть до изъятия из отечественных судов общей юрисдикции дел по спорам между гражданами и иностранными объединениями без статуса юридического лица с перемещением их в компетенцию зарубежной юстиции. Практические трудности подобного варианта для подавляющего большинства граждан нашей страны очевидны.

Нормы ч. 2 комментируемой статьи 400 ГПК РФ абсолютно исключают такого рода толкование. Ранее упомянутые товарищества или другие объединения могут не обладать по их личному закону процессуальной правоспособностью. Но они будут участвовать в российском гражданском процессе, если допустимо признать их процессуально правоспособными в соответствии с правом РФ. Последнее условие («соответствие») надлежит трактовать в том смысле, что сходные по организации и деятельности структуры должны быть известны или по крайней мере не противоречить российской правовой системе (общества потребителей, экологов, защитников животного или растительного мира и т.п.).

Не будет излишним подчеркнуть или скорее предупредить, что любому добросовестно действующему и не преследующему незаконных целей субъекту российского права до заключения, например, договора с иностранным партнером любой внутренней структуры крайне желательно выяснить (помимо статуса) его экономический потенциал, надежность и аналогичные факторы рыночного типа. Иначе реальна опасность при невыполнении контрагентом встречных обязательств получить в качестве должника и ответчика посредника с нулевым банковским счетом либо фирму-призрак, единственное «достояние» которой — юридический адрес, иногда фальшивый.

Юридически заинтересованными участниками гражданских дел в судах общей юрисдикции могут быть также международные организации (ч. 3 ст. 400 ГПК). Поразительно велико обилие таких организаций (групп, фондов, программ и т.п.), трудно на базе строгих квалификационных критериев распределить их на классы с учетом уровней, объемов, направлений деятельности, функциональных контактов, распределений подчиненности, степеней независимости и, что особенно бывает необходимо органам правосудия, юридических статусов организаций, их сотрудников вместе с женами, членами семей и даже обслуживающим персоналом с учетом привилегий и иммунитетов каждого субъекта.

Впечатляюще наглядными иллюстрациями указанных юридических сложностей могут послужить такие документы, как Устав Организации Объединенных Наций, подписанный 26 июня 1945 г., или Соглашение между Правительством Российской Федерации и Организацией Объединенных Наций об учреждении в Российской Федерации Объединенного представительства Организации Объединенных Наций от 15 июня 1993 г.

Судебные споры с привлечением каких-либо ведущих органов, программ, фондов ООН уникальны, отсутствие официально опубликованных статистических данных не позволяет утверждать, что их вовсе не бывает. Но можно достаточно уверенно предположить, что если такие конфликты, включая гражданско-правовые, возникают, то они традиционно регулируются другими методами.

Дополнительный комментарий к статье 399 ГПК

Немало соглашений межрегионального, регионального и иных уровней с участием РФ фиксируют статус международных организаций. Так, п. 5 ст. 2 Евразийской патентной конвенции (Москва, 9 сентября 1994 г.) устанавливает, что эта патентная организация «является межправительственной организацией, имеющей статус юридического лица. Организация обладает в каждом Договаривающемся государстве правоспособностью, которая признается за юридическими лицами в соответствии с национальным законодательством данного государства. Организация может… защищать свои права в суде. Местонахождение штаб-квартиры Организации — город Москва, Российская Федерация».

Еще пример: Соглашение между Правительством Российской Федерации и Межгосударственным банком об условиях пребывания Межгосударственного банка на территории Российской Федерации (Москва, 30 июля 1996 г.). Согласно ст. 2 Банк обладает международной правоспособностью, имеет в РФ права юридического лица, в частности, может совершать сделки в рамках своей компетенции, приобретать и распоряжаться любым имуществом, выступать от своего имени и по поручению в судебных органах. «За Банком признаются те же процессуальные права для защиты своих интересов, которые закреплены законодательством Российской Федерации за юридическими лицами».

С международными организациями, головные офисы которых расположены в зарубежных странах, РФ заключает соответствующие договоры. Соглашение между Правительством Российской Федерации и Организацией экономического сотрудничества и развития о привилегиях и иммунитетах организации в Российской Федерации (Париж, 8 июня 1994 г.) в ст. 3 содержит: «Организация пользуется на территории Российской Федерации правами юридического лица в полном объеме». Тот же статус распространен на постоянное представительство в России Международного банка реконструкции и развития, Северного инвестиционного банка.

Статья 400 ГПК РФ, вслед за положениями статьи 399 ГПК, концентрирует наиболее практически значимые нормы об особенностях участия в российских судебных процессах иностранных субъектов, непосредственно юридически заинтересованных в конечных результатах разрешения споров. Эти нормы не затрагивают специфики правового положения иностранных граждан и апатридов, занимающих или не занимающих официальных должностей в других государствах или выполняющих какие-либо их отдельные поручения. Между тем такие лица могут оказаться в ситуациях, когда они согласно российскому законодательству при возникновении правовых споров должны быть свидетелями, экспертами, переводчиками, понятыми, представителями.

Упомянутые лица в подобных ситуациях в соответствии с национальным российским законодательством и в еще большем объеме согласно международным актам также обладают различными и не для всех одинаковыми привилегиями и иммунитетами процессуального характера. Особенности статуса этих лиц надлежит учитывать при применении судами общей юрисдикции соответствующих разделов, глав и статей ГПК.

Судебная практика по ст. 400 ГПК РФ

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ N 5-КГ15-34

Требование: О разделе имущества, признании сделки недействительной.

Обстоятельства: Решением суда брак между истицей и ответчиком-1 расторгнут.

Встречное требование: О разделе имущества.

Решение: Дело в части обязания передать акции компаний, находящихся в офшорных зонах иностранных государств, направлено на новое рассмотрение, так как суд данное требование по существу не рассматривал и своего суждения по данному вопросу в решении не отразил; судебные акты в части отказа в удовлетворении требования о признании квартиры и машино-мест общим имуществом супругов и разделе имущества изменены: исключен вывод о том, что ответчик-1 никогда не являлся бенефициарным собственником компании (ответчика-9), так как данный вывод сделан с нарушением норм материального и процессуального права.

В соответствии со ст. 400 ГПК РФ личным законом иностранной организации считается право страны, в которой организация учреждена.

В силу ст. 1202 Гражданского кодекса Российской Федерации личным законом юридического лица, на основе которого определяются в том числе содержание правоспособности юридического лица, порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей, внутренние отношения, в том числе отношения юридического лица с его участниками, считается право страны, где учреждено юридическое лицо, если иное не предусмотрено Федеральным законом «О внесении изменений в Федеральный закон «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и статью 1202 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации».